– Занда, как ты оказалась в Латгалии, в Вилянах?
– Я родом из Рубенской волости Екабпилсского края. Это – граница между Селией и Латгалией.
У меня есть сын от первого брака. К сожалению, его отец умер… В нашей семье также воспитывалась приемная дочь. После похорон первого мужа я часто ходила на его могилу. Я была очень молода. И однажды приемная дочь сказала мне: «Как долго ты будешь плакать? Тебе нужно отпустить его, чтобы спокойно жить дальше».
Втайне от меня она подала объявление о знакомстве на телевидение. Откликнулись многие. Когда кандидаты начали звонить, и я им говорила, что у меня маленький сын, и некоторые сразу же «сливались». Когда звонили из Вентспилса или других отдаленных мест, я тоже понимала – нет. Сыну тогда было всего полтора года.
Наконец, позвонил мой нынешний муж Айнар. Мы начали ездить друг к другу в гости. Я – не сельский человек, мне хотелось жить в городе, потому что село мне уже стояло поперек горла. Но однажды Айнар сказал: «Переезжай ко мне! Вместе с сыном». Недолго думая, я согласилась. Так я и оказалась в Вилянах.
Первое впечатление оказалось замечательным. Город мне понравился – чистый, ухоженный. А люди! Очень добрые. Можно подойти к любому: тебе все расскажут, покажут и помогут, а иногда просто обнимут.
Мы с Айнаром начали жить вместе. Сначала собирали ягоды, грибы и сдавали их. Потом муж устроился на местную пилораму и попросил начальника устроить меня туда же. Так много лет мы вместе и проработали. У нас родилась дочь.
– Тяжело было работать на пилораме?
– Да. Зимой было очень холодно. Мне приходилось распиливать доски по размеру, очищать их ножом от щепы, коры и всего остального. Но выбора не было.
После 15 лет работы начались сокращения. Хотя по закону я должна была остаться, меня сократили. Наверное, я была слишком умной – знала законы и всегда доказывала свою правоту. Не всем нравятся такие люди. Если я права, то добьюсь своего любой ценой.
Сейчас я работаю на другой пилораме. Всего в коллективе – около 20 работников, из них пять – женщины, и мы, слабый пол, выполняем работу наравне с мужчинами. Разделения нет: если не можешь что-то выполнить в одиночку, делай в паре.
– Откуда у вас такой боевой дух?
– Я всегда боролась за справедливость. Например, моей дочери Лиене (она инвалид) какое-то время не хотели предоставлять ассистента. Я знала, что у других матерей в Вилянах есть ассистенты для детей, а мне сказали, что родственница первой степени родства не может быть ассистентом.
Я внимательно изучила законы, написала письмо тогдашнему министру благосостояния – и добилась своего.
Моей дочери 17 лет, у нее редкое заболевание – туберозный склероз, которое передалось ей по линии отца. Такие вопросы очень важны для меня, потому что я сама вижу, насколько важна поддержка для семьи.
– Где вы черпаете силы в трудные жизненные моменты?
– Во-первых, в семье. Во-вторых, у меня есть двоюродная сестра Вита.
Меня воспитывал отчим, но совсем недавно я нашла своего биологического отца. Я узнала, что он уже находится в доме престарелых. Оказывается, двоюродная сестра (по отцовской линии) искала меня по фамилии, которая была у меня в детстве. Наконец, она нашла меня и написала: «Если хочешь встретиться и поговорить со мной, я – твоя двоюродная сестра по линии отца».
Конечно, я с большим удовольствием согласилась. Мне хотелось познакомиться с родственниками по отцовской линии. Вита живет в Илуксте. Каждое утро мы переписываемся и желаем друг другу удачного дня. Это очень хороший человек! Даже внешне мы похожи.
А еще я узнала, что отец Виты – мой крестный. Это стало для меня особенным открытием. С тех пор, как я их нашла, у меня появилось больше энергии и сил. Юмор также помогает мне справляться с различными трудностями.
Конечно, самая большая опора – это мой муж. Сейчас он сидит дома с Лиене, так как дочь негде оставить. Сам он инвалид 2-й группы, но когда я прихожу домой, ужин готов, посуда вымыта. Я могу расслабиться.
Летом все по-другому: огурцы, помидоры и… учеба. Я учусь на специалиста по социальному уходу.
– Значит, хозяйство – тоже часть вашей повседневной жизни?
– У нас есть огород, теплица. Это – владения моего мужа! (смеется). Он сажает, пропалывает и ухаживает за растениями. А я только собираю урожай и закатываю его в банки.
Большой опорой для меня была и моя свекровь, пока она была жива. Золотой человек! Обычно говорят: свекровь – это дьявол во плоти. Но моя была просто сокровищем.
– А как у вас с латгальским языком? Вы говорили на латгальском у себя на родине?
– Да, говорила, но у нас другой диалект. Когда я начала говорить здесь на латгальском, надо мной стали смеяться из-за того, что я говорю неправильно. Поэтому я решила больше не говорить по-латгальски.
– Какая она, ваша родина?
– Очень похожа на Виляны. Там тоже очень отзывчивые и добрые люди, настоящая сельская атмосфера, но все больше домов пустеет. Я все еще езжу в деревню. Там живут моя бабушка и тетя. Мама неожиданно умерла в мае этого года. Со стороны родственников по фамилии Эзерс у меня еще есть три брата и две сестры со стороны моего настоящего отца, но они пока не готовы со мной контактировать.
– Где вы учились?
– Я училась в Бебрене Даугавпилсского края по специальности «Ассистент ветеринарного фельдшера». Потом поступила на бухгалтера, но в это время в семье случилось горе – умер отчим. После его смерти мать пристрастилась к алкоголю, и ее почти лишили родительских прав. В то время я жила с бабушкой. Мои братья были мал мала меньше. Я решила вернуться к матери.
В 18 лет мне уже приходилось заботиться о младших детях. Я вынянчила своих братьев.
– Ваша жизнь действительно была не из легких…
– Да, поэтому я и сбежала из деревни в город. У матери было восемь коров, которых нужно было доить вручную. Я вставала в четыре утра и отправлялась доить коров. Если хотелось пойти на танцы, нужно было спрашивать разрешения у мамы. Позже, когда братья подросли и начали помогать, стало легче.
Сейчас один брат – в Норвегии, другой долгое время жил в Испании, а сейчас – в Даугавпилсе, младший – в Риге.
– Как вы себя чувствуете в роли старшей по подъезду?
– Когда случается какое-то чрезвычайное происшествие, сразу же звонят мне. Сначала меня избрали старшей по дому. Люди знают: я не буду молчать, буду бороться.
Недавно был сильный дождь, и у людей в квартирах, где балконы не застеклены, текла вода. Оказалось, что засорились водосточные трубы. Пришлось решать эту проблему.
В одном случае я даже обращалась в передачу «Без табу»: у меня вызывали сомнения новые счетчики на воду. Расходы воды были слишком большими. В ходе проверки выяснилось, что жители восьми квартир действовали нечестно. Для меня это был шок. Я была уверена, что в нашем доме живут честные люди, но, к сожалению, это оказалось не так.
– За что вы получили благодарность от самоуправления на Рождество?
– За оформление подъезда. Каждый год мы в своем подъезде украшаем елку. На этот раз соседка Кристине предложила поставить елку перед подъездом, чтобы ее могли видеть прохожие. Мы с Кристиной и моим мужем возились три дня – развешивали гирлянды, делали украшения.
– Какие у вас хобби?
– Мне очень нравится вязать. Зимними вечерами я смотрю телевизор со спицами в руках – без них не могу. Уже полгорода ходит в моих носках.
Вязать меня научила свекровь. До этого я умела вязать только резинку у носков. А свекровь вязала и перчатки, и носки, и шарфы, и береты. Я сказала: «Мама, я тоже хочу научиться». Она ответила: «Садись, я тебя научу». И научила.
– Что вас радует и чем вы гордитесь в своем городе? А что, наоборот, разочаровывает?
– Разочаровывает то, что наше краевое руководство, на мой взгляд, недостаточно думает о детях-инвалидах. Это меня больше всего ранит.
А вот за людей я рада. Вилянцы очень добрые и отзывчивые. Это также придает сил. И сам город мне очень нравится. Не скажу, что он шумный или тихий, но меня устраивает.
– Видите ли вы свое будущее в Латгалии, в Вилянах?
– Только в Вилянах! Брат зовет меня в Норвегию, так как там совершенно другое отношение к детям-инвалидам. Но я отвечаю одно: мой дом – Латвия и конкретно – Виляны. Не знаю, что должно произойти, чтобы я уехала отсюда.
С мужем мы вместе уже 20 лет, но свадьбу сыграли только в 2021 году, во время пандемии COVID-19. Свадьба была очень скромной – 13-го числа в 13.00 в кабинете № 13. Вот такое совпадение! Может быть, это был хороший знак.
У свекрови было три мечты, и она хотела, чтобы мы их осуществили. Первая – чтобы дети, Райтис и Лиене, приняли веру. Оба после крещения получили благословение, укрепление в вере, мы вместе ходили в воскресную школу и учились.
Вторая ее мечта – чтобы мы создали крепкую семью. Мы это сделали.
Третья – посадить куст белых пионов. Но когда я вижу, сколько они на рынке стоят…
– Занда, я могу бесплатно поделиться с вами своими прекрасными белыми пионами.
– Ну, тогда третья мечта мамы сбудется!
– А о чем вы сами мечтали в детстве?
– Когда я училась в 6-м классе, хотела стать парикмахером. Эта мечта не покидала меня до 9-го класса. Но на парикмахера я не попала – был большой конкурс, семь человек на место.
После этого судьба меня привела к ветеринарии. К тому времени, как мы закончили учебу, ликвидировали фермы. Если бы все пошло по плану, я бы поступила в Елгавскую академию. Я мечтала открыть небольшую ветеринарную клинику. Мне нравилось работать с мелкими животными.
Потом случилось несчастье с отчимом, и мои мечты рухнули. Мама сказала: денег нет.
Сейчас я думаю: если бы я поехала в Елгаву, я бы не встретила Айнара. Думаю, что все было предрешено свыше.
– Что вы больше всего цените в людях?
– Искренность. Если, разговаривая с человеком, я чувствую, что не права, я промолчу и уступлю. Но если я права, тогда берегитесь!
– Спасибо, Занда, за вашу искренность и замечательную беседу!
Илзе СОНДОРЕ
Фото автора и из личного архива Занды
Комментарии