Завтра, 25 марта, в Латвии будут отмечать День памяти жертв коммунистического террора. В этот день люди будут возлагать цветы, зажигать свечи и вспоминать пострадавших.
Своими воспоминаниями поделится и член Резекненского отделения Латвийского объединения политически репрессированных Юрис АРБИДАНС. Его родители — Анастасия и Петерис Арбидансы — и пятилетний брат Петерис тоже были высланы в Сибирь в марте 1949 года. А сам Юрис Арбиданс родился уже в Сибири. Он рассказывает: «Я родился уже там, в высылке, в 1954 году. Когда мне было три года, наша семья вернулась на родину — в Латвию. Я помню лишь немногое из того, что рассказывали родители». Какой же была жизнь этой семьи до депортации? Петерис Арбиданс родился в Резекне, а его отец Сильвестр был арендатором Выпингского поместья. После ликвидации этого поместья семье выделили землю в поселке Бижи Ленджской волости. Там неподалеку находился и поселок Морциники, где жила семья Кромпансов — отец Францис с детьми Анастасией и Виктором. Так Петерис Арбиданс познакомился с Анастасией, и в 1942 году они поженились. «Моего отца Петериса призвали в советскую армию. Он пошел, но поскольку у отца были золотые руки — он хорошо умел работать с деревом, был отличным мастером, его сначала на фронт не отправили. Однако позже его отправили воевать в «Курляндский котел». Но отец сбежал. Его приход домой совпал с днем окончания войны. Это было 9 мая. Брата мамы Виктора Кромпанса тоже призвали в советскую армию. Тогда уже было известно, что всех призывников отправляют в «Курляндский котел». Что там мог сделать необученный солдат? Только стать пушечным мясом, так как молодых призывников сразу же отправляли на передовую. Каким солдатом мог быть 18-летний парнишка, впервые взявший в руки автомат? И Виктор решил скрываться в лесу. После войны его нашли, дали восемь лет тюрьмы и выслали в Казахстан. Когда родился мой старший брат, мама назвала его Петерисом, так как боялась, что отец уже не вернется с войны. Когда наступило 25 марта 1949 года, родителей кто-то предупредил, что они числятся в списке высылаемых. И они спрятались в лесу. Спустя какое-то время они вернулись домой, думая, что страшная судьба их миновала. Но судьба была неумолима — 27 марта к их дому подъехала машина с солдатами, и им было приказано собираться в путь. Почему их выслали 27 марта? Сказали, что не был выполнен план — в тот день вместе с нашей семьей из волости вывезли еще две семьи. Мама рассказывала, что солдаты позволили им не спеша собрать все необходимое в дорогу. Они даже подсказали, чтобы мама взяла теплую одежду и побольше еды. Солдаты даже помогли сложить в дальнюю дорогу копченое сало, не забыв при этом и себя. То, что родители успели взять с собой много необходимых вещей, им и помогло выжить в Сибири», — рассказывает Юрис Арбиданс. Семью Арбидансов и отца Анастасии Франциса Кропманса вывезли в Покровку Молотовского района Омской области. Арбидансов вместе с еще одной высланной семьей заселили в одну крошечную комнатушку. «Мой отец окончил Резекненскую коммерческую школу — он был умелым мастером по дереву, мог изготавливать мебель, был отличным плотником. Еще тогда, когда он переехал в дом жены в Морциники, он сам построил там хлев. А спустя год в Сибири он начал строить дом — однокомнатный. В качестве стройматериала использовался кизяк — высушенный и спрессованный коровий навоз. Первый год в Сибири был самым трудным. И хотя семья много работала и могла заработать кое-какие деньги, средств все равно не хватало. Продуктов питания высланным давали мало. Семья была большая — все хотели есть… Случалось, что отец время от времени воровал колхозное зерно. По горсточке — чтобы семья могла выжить. Мама рассказывала, что уже в первый год, проведенный в Сибири, они завели там огород. Почва там плодородная, поэтому местные, сибиряки, не могли понять, зачем латыши удобряют землю. Урожай был очень хороший. Потом отец построил еще один дом — уже лучше прежнего. Это был первый дом во всей деревне с деревянными полами. Родители купили корову и поросенка. Одним словом, потихоньку обживались. В 1954 году родился я, и оказалось, что я был первым латышом, рожденным в Покровке. Дед Францис косил сено для колхозных коров. К сожалению, он в Сибири отравился и умер. Брат мамы Виктор, выдержав заключение в Казахстане, приехал к нам. В 1957 году мы смогли вернуться домой. Поскольку отец был хорошим работником, его даже не хотели отпускать из Сибири. Но я мало помню из тех времен, когда мы возвращались в Латвию — только то, что ехали на поезде», — рассказывает Юрис Арбиданс.
— Где вы поселились, когда вернулись на родину? — спросила я.
— Дом в Морциниках был перевезен в Таудеяни, и там уже был оборудован магазин. По словам матери, это был обычный бревенчатый дом. Здесь, в Латвии, нас никто не ждал с распростертыми объятьями. К высланным в Сибирь относились иначе, чем ко всем остальным. Мы приехали в Резекне, так как здесь, на улице Упес, жил племянник моего отца. Родственники выделили нам комнату площадью 12 кв.м. Мы ютились там вчетвером. Но у родственников мы не остались навсегда. Это были ужасные времена, так как местные не особо уважали репрессированных, которые вернулись. На улице Упес нам выделили небольшой участок земли для строительства дома, а эту землю другие использовали под огороды и пастбища. Отец начал работать в ремонтно-строительном управлении, и ему выделили этот участок. Отец построил дом на улице Упес, где до сих пор и живет наша семья, — рассказывает Юрис. Родителей уже нет на этот свете. Как и брата Юриса Петериса, который умер в 1993 году. Брат был на девять лет его старше. А каким же был жизненный путь самого Юриса? — Я поступил в строительный техникум, выучился на архитектора, работал в Институте проектирования, в «Комуналпроекте», а потом меня призвали в армию. Во время службы я много рисовал. Затем работал в Земельной службе проектировщиком — до самой пенсии. Сын Мартиньш тоже пошел по моим стопам — он сертифицированный проектировщик зданий. Дочь Иева живет и работает в Риге. Жена Илзе — педагог и руководитель студии народного прикладного искусства «Дзипариньш». У сына и дочери уже свои семьи, и нас уже радуют пятеро внуков, — говорит Юрис Арбиданс.
— Спасибо за беседу!
Айя МИКЕЛЕ-СТРУШЕЛЕ
Фото из семейного альбома Арбидансов
Komentāri