Земля, которая досталась от предков
Эрик – местный житель. Именно ему от бабушки достались дом и земля. В 1990 году Эрик и Фаина приехали сюда и начали хозяйствовать.
Фаина родом из Башкирии. В Латвию она приехала после окончания техникума. По распределению ее направили в Ригу работать бухгалтером на известной в прошлом обувной фабрике «Пирмайс майс». По паспорту ее полное имя – Файруза, но все давно называют ее по-простому – Фаей или Фаиной.
Эрик тогда работал в Риге водителем автобуса.
– Мы познакомились, подружились, влюбились, а в 1986 году поженились. В этом году исполнилось 40 лет, как мы вместе, – с гордостью говорят супруги.
И есть в их семейной истории еще одна милая особенность: у Эрика и Фаины один день рождения – 10 марта. Так получилось, что две разные судьбы сошлись – и в конце концов привели их на эту землю.
В 1990 году молодая семья переехала жить в деревню.
– К тому времени у нас уже было двое детей: сыну было три года, а дочке – всего год, – вспоминает Фаина. – Тогда еще была жива бабушка Эрика. Хутор был полузаброшенным, требовались труд и силы, чтобы привести его в порядок.
За эти годы они вместе пережили немало. Вырастили двоих детей, построили новый дом, создали биологическое хозяйство и сохранили главное – желание работать на своей земле.
Сегодня у них шесть дойных коров, две телки и два теленка. Есть куры, собака и кошка.
От двух коров до собственного хозяйства
Когда супруги только начинали, хозяйство было совсем небольшим. Сначала зарегистрировали крестьянское хозяйство, потом оно стало приусадебным, а сейчас Блажевичи ведут биологическое хозяйство.
– Когда мы приехали сюда, было время Атмоды. Знаете, тогда деревня возрождалась: в каждом доме жили люди, держали скот, у многих была лошадка. И мы купили лошадь. А для деревни в то время это была лучшая подмога! – рассказывает Фаина.
Начали с двух-трех коров. Со временем их количество увеличилось до десяти дойных. Были здесь и лошади – когда-то даже пять. Лошадь в деревне была настоящим помощником.
Эрик с улыбкой вспоминает:
– Утром соху или плуг на телегу положу и еду по деревне помогать «безлошадным» соседям. А вечером возвращаюсь домой с полным карманом денег!
Сегодня все изменилось. На смену лошадям пришла техника – два трактора, косилка, грабилка, пресс для рулонов, прицепы и другое оборудование. Приобрести его удалось в том числе благодаря участию в проектах LEADER, поддержке и софинансированию. Получаемые субсидии тоже идут в хозяйство. Но суть крестьянского труда осталась прежней: каждый день нужно вставать с рассветом и работать.
С 2005 года Блажевичи ведут биологическое хозяйство. В собственности у них 30 гектаров земли, из которых 22 га используются в сельском хозяйстве. Коровы получают сено, воду, собственный овес и приготовленные здесь же корма. Часть молока хозяева сдают на переработку, часть – покупают постоянные клиенты в Резекне.
Корова не просто должна давать молоко. Ей нужны хорошая трава, сено, вода, тень, уход и внимание. В жаркие дни животные прячутся в кустах от мух и оводов. Хозяева следят за ними, заботятся о кормах, заготавливают сено.
Даже современная техника не избавляет от тяжелой работы.
– Прошлый год был слишком дождливым, – рассказывают хозяева. – Тракторы вязли в полях, одну машину приходилось вытаскивать другой. В этом году трава выросла хорошо, но жара принесла новые заботы.
– В сельском хозяйстве работы хватает всегда, – признаются супруги. – Мы привыкли. Не представляем себя в городской квартире. Что делать в четырех стенах? Сидеть на диване и в телевизор «пялиться»? Нет, не наше это!
Фаина смеется, вспоминая, как когда-то знакомые предрекали им скорое возвращение в город:
– Говорили: «Ну, годик поживете и убежите». Недавно у тетушки был юбилей, собрались родственники и друзья. Я им говорю: «А помните, как мы у тетушки картошку копали и вы говорили, что через годик-другой мы отсюда убежим?» А вот и не убежали! Уже 36 лет здесь живем!
Дом, который нельзя было потерять
Когда семья приехала сюда, дорога к усадьбе была совсем другой. Фактически нормальной дороги не было. В первый раз до дома пришлось идти пешком от Пудерево. Грязь доходила до колен.
– Здесь вообще нельзя было нормально проехать. Ну, разве что на вертолете. Не было ни дороги, ни подъезда к усадьбе, – вспоминает Эрик.
Но супруги не испугались. Построили дорогу, постепенно обустроили хозяйство, возвели баню и хлев, выкопали колодец, восстановили старый бабушкин дом. Не стали его сносить – слишком много с ним связано. А рядом построили новый. Сами, своими силами. Без кредитов.
Сегодня два дома стоят по соседству, словно соединяя разные поколения одной семьи: в одном сохранилась память о прошлом, в другом устроена современная жизнь.
В новом доме тепло и уютно. Есть камин. Из окон открывается тот самый вид, ради которого, наверное, и стоит жить в деревне: холмы, пастбища, лес, цветы, сено. А в гнездо, что на столбе напротив дома, каждое лето возвращаются аисты. В этом году они снова здесь.
Деревня, которой становится все меньше
Блажевичи хорошо помнят, какой была деревня Юсари много лет назад. Бабушка Эрика рассказывала, что когда-то – до или после войны – здесь было 76 дворов. Сейчас люди постоянно живут примерно лишь в десяти домах. Некоторые из оставшихся домов используются только летом, как дачи. Постоянных жителей можно по пальцам пересчитать. Многие дома пустуют и постепенно разрушаются.
– Деревни уже нет. Молодежь уезжает за границу. Это самое страшное, – говорит Фаина.
Когда-то здесь была школа. Люди ходили на работу, в окрестных домах держали скот. Теперь школы нет. Неясно и будущее детского сада.
В Аудринях есть магазин, автозаправка, фельдшерский пункт и другие необходимые учреждения. Но тем, кто живет далеко от центра волости, туда нужно добираться на машине или рейсовом автобусе.
Когда-то по местным дорогам ездили автолавки. Одна приезжала раз в неделю, другая – два раза. Теперь и эти маршруты зависят от того, сколько людей осталось в округе.
– Сейчас людей просто нет. Очень мало, – говорит хозяйка.
Дети уехали, но связь с домом осталась
Супруги вырастили двоих детей. Сын увлекается коневодством, живет в Кегумсе. Дочь выбрала профессию учителя, преподает в школе латышский язык и живет в Огре.
– Дети прекрасно говорят по-латышски. Мы отдали их учиться в латышскую школу сразу и без сомнений. Русский язык они знают и так, потому что дома мы общаемся по-русски. А латышский язык надо учить и знать. Так я считаю! – говорит Фаина. – В результате и дети, и внуки отлично знают латышский. Эрик свободно говорит по-латышски. Я говорю по мере надобности, но второй уровень знаний у меня есть. Я не понимаю людей, которые прожили здесь всю жизнь, родились, выросли здесь и не знают государственного языка. Я этого не понимаю. Так не должно быть.
Теперь у Блажевичей девятилетние внук и внучка – двойняшки. Дети живут своей жизнью, но связь с родительским домом не исчезла. И именно внуки – одна из причин, почему Фаина и Эрик продолжают работать на своей земле. Им хочется, чтобы у внуков было место, куда всегда можно приехать. Чтобы они могли побегать по лугу, посмотреть на коров, увидеть настоящую деревню, услышать тишину, вдохнуть свежий воздух.
– Хотя бы ради этого – чтобы внуки могли приехать, подышать свежим воздухом и увидеть настоящий деревенский быт, – говорит Фаина.
Пожалуй, это одна из самых важных причин, по которой сельская семья продолжает держаться за свою землю.
КОГДА ВЕРНУЛИСЬ ЗМЕИ
Есть у этих мест и свои истории, передаваемые из поколения в поколение. Одну из них Фаина помнит со слов бабушки.
Говорят, во время Первой мировой войны в здешние края пришел солдат. В одном из домов его накормили, напоили, оставили переночевать. В благодарность незнакомец будто бы пообещал хозяевам:
– Я от вас змей отведу.
Легенда это или нет, но старики рассказывали, что после того случая змей здесь действительно долго не видели.
– А в последнее время снова появились, – говорит Фаина. – Правда, в основном ужи. Они безопасные, человека не трогают.
Может быть, просто изменились природа и климат. А может, закончился срок давнего солдатского обещания…
В деревне подобные истории живут долго. Здесь прошлое вообще находится совсем рядом – в рассказах стариков, старых дорогах, опустевших домах и памяти семей, которые остаются жить на своей земле.
Когда гостей больше, чем жителей деревни
На хуторе «Авотини» по-прежнему много жизни. Во дворе бегает собака, где-то рядом хозяйничает кошка, цветут цветы, под крышей хлопочут ласточки. В огороде растут картофель, помидоры, огурцы, свекла, морковь, капуста, лук. Есть парник. Часть урожая заготавливают на зиму.
Фаина признается: молодые люди иногда удивляются, зачем тратить время на консервацию и маринование, если все можно купить в магазине. Но для хозяев «Авотиней» важно знать, что они едят и откуда взялись эти продукты.
Есть рядом и лес, куда Фаина раньше любила ходить за грибами и ягодами. Теперь она делает это осторожнее – беспокоят клещи, да и есть опасность встретить медведя.
Есть и озеро, которое постепенно зарастает водными растениями. Когда-то здесь была хорошая купальня, собиралось много людей. Теперь водоем все больше зарастает, а хозяева не знают, к кому обратиться, чтобы привести его в порядок.
Зато гостей в «Авотинях» хватает. Когда приезжают дети, родственники, друзья, иногда людей в одном дворе собирается больше, чем осталось постоянных жителей во всей окрестной деревне. И Фаина этому только радуется. Ей нравится, когда за столом собираются близкие и друзья, когда гости идут посмотреть коров, гуляют по двору, любуются природой и слушают рассказы хозяев.
В такие минуты особенно ясно понимаешь: пустеющая деревня – это не просто цифры в статистике. За каждым пустым домом когда-то была семья, звучали голоса, росли дети, кипела жизнь.
Когда у Блажевичей телилась первая корова, Эрик рано утром побежал за помощью к пожилому соседу – дяде Устину. Тогда рядом еще жили старики, которые знали деревенскую жизнь до мелочей и могли подсказать молодым.
Сегодня таких соседей почти не осталось.
– Вот этого и жаль, – вздыхает Фаина. – Все поумирали, а молодежь в деревню не едет.
А ведь сельская жизнь требует не только знаний, но и постоянного труда. Летом – пастбища, сенокос, заготовка кормов. Зимой работы меньше не становится: расчистить снег, убрать в хлеву, подать сено, напоить животных, что-то починить.
Когда-то коров доили руками, сегодня помогает доильный аппарат. Молоко собирают в специальный охладитель емкостью 300 литров. За молоком приезжает машина из Малты, а затем оно отправляется дальше – в Литву.
Техника облегчила труд. Но легким сельский труд от этого не стал.
Цените крестьянский труд!
– Как вы думаете, что нужно сделать, чтобы у латгальских деревень было будущее? Чтобы они окончательно не опустели?
Фаина и Эрик единодушны:
– Нужно ценить сельский труд и крестьянскую продукцию! Не должно быть так, чтобы простая питьевая вода стоила дороже молока. Вот сейчас принимают зерно. Казалось бы, год для него хороший – не такой, как прошлый. Но опять цены невысокие. Почему? То протеин не такой, то еще что-то не понравится. И принимают зерно уже как кормовое, а не продовольственное. А это совсем другая цена… То же самое и с молоком. Цены в магазинах растут, а закупочные цены у нас не растут, а, наоборот, падают.
Есть, по мнению супругов, и еще одна важная вещь – отношение молодого поколения к деревне.
– Надо воспитывать у молодежи патриотизм, любовь к своей земле и уважение к крестьянскому труду. Может быть, тогда люди будут чаще отдавать предпочтение местным натуральным продуктам, будут понимать, сколько труда стоит за каждым литром молока, буханкой хлеба, килограммом картошки.
Пока есть куда возвращаться
Фаина и Эрик не любят громких слов и больших планов. Они просто продолжают работать.
Утром нужно подоить коров. Накосить траву, заготовить сено, позаботиться о животных, поработать в огороде. Следить за техникой, ремонтировать, платить счета, сдавать отчеты. Сельская жизнь – это не идиллия. Это ежедневный труд, ответственность, усталость и постоянная зависимость от погоды и цен.
Но здесь есть то, что нельзя купить ни за какие деньги: ощущение дома. Ощущение, что ты нужен этой земле. И понимание, что все это – не только для себя. Для детей. Для внуков. Для тех, кто однажды, возможно, захочет вернуться.
– Надо надеяться на лучшее. Если не надеяться, тогда нет смысла жить, – говорит Фаина. – Надежду дает вера в будущее. Вера в собственные силы и в то, что наш труд не пропадет.
Над «Авотинями» снова кружат аисты. Вокруг тихо. Зеленые холмы уходят к лесу, на лугу лежат рулоны сена, возле дома цветут цветы.
За 36 лет здесь изменилось многое. Стало меньше соседей, опустели дома, исчезла прежняя деревенская жизнь. Но остались земля, старый бабушкин дом, построенный своими руками новый дом, хозяйство и люди, которые каждое утро продолжают делать то, что делали вчера: заботятсся о животных, работают, растят, сохраняют и берегут…
Наверное, деревня живет до тех пор, пока в ней есть хотя бы один дом, где ждут детей и внуков. Пока есть кому открыть калитку, накрыть стол и сказать: «Приезжайте домой».
Аисты осенью улетят. Но весной, скорее всего, снова вернутся к своему гнезду у «Авотиней». И, может быть, именно в этом возвращении – самая простая и точная надежда Фаины и Эрика Блажевичей: чтобы было куда возвращаться.
– Это наше место, – говорит Фаина. – Здесь наш дом.
Марина ТЕТАРЕНКО
Фото автора и из семейного альбома
Komentāri