— Вас называют «Золушкой советской эстрады» за трудное детство и юность. Вы рано познали горечь утраты родного человека — смерть отца…
— Мне тогда было всего шесть лет. И я вам скажу честно, огромного горя я тогда не испытала, потому что просто не поняла происходящее. Ну, не будет папа приезжать… Он ведь часто ездил в командировки и дома бывал редко. Даже когда через несколько месяцев после его похорон меня привезли на кладбище, сказав, что папа теперь здесь, я восприняла это почти спокойно. Я не страдала так сильно, как моя сестра Люда, которая была очень близка и дружна с отцом. Вот для нее эта утрата была столь невыносимой, что она практически ее не пережила. Она пыталась покончить жизнь самоубийством. Ей было тогда всего 19 лет… На нее это горе очень повлияло.
Komentāri