— Думали ли вы тогда, в конце 90-х, что «A-Europa» просуществует так долго?
— Определенно нет. Но я отнесся ко всему с большой ответственностью. Пример «Austrumeiropa», где из-за юношеского максимализма и огромной самоуверенности все рухнуло, как карточный домик, не позволил мне снова безответственно отнестись ко всему происходящему. Я верил, что мне дан второй шанс, который нужно было использовать очень рационально и правильно.
— Когда вы впервые поняли, что стали по-настоящему популярными?
— В конце 1999 — начале 2000 года, когда песни «Белые небеса» и «Jūrmala» зазвучали повсюду.
— Как, по-вашему, группе «A-Europa» удалось сохранить свою актуальность?
— Благодаря мелодии. Моя музыка говорит на языке сердца. В моих песнях все органично сливается воедино — ритм, чувства, которые откликаются в каждом человеке. Кажется, я нашел ту особую ноту, которая объединяет людей и превращает песню в часть их личной истории.
— Музыкальная индустрия за последние 25 лет сильно изменилась. Как бы вы описали музыкальное развитие группы? Что изменилось в вашем восприятии музыки?
— Прежде всего, музыкальный рынок очень насыщен. Существует множество разных исполнителей и групп, много однодневок. Теперь создание песни не требует больших студий, больших ресурсов и времени. Песню можно создать и выпустить дома. Любой может попробовать свои силы в этой индустрии. Конкуренция огромна. Кому-то может повезти, и он поймает волну. Но сможет ли он удержаться на ней и не утонуть в этом океане индустрии — другой вопрос. Если говорить об «A-Europa», то все последующие песни после альбомов «Белые небеса» и «Верь в мечту» аранжированы с учетом музыкальной стилистики и звучания последних лет. Песни «Небо плачет», «Tu un es», «Hei, mazā» — это свежее звучание группы.
— Как бы вы охарактеризовали своих слушателей — изменилась ли публика?
— Годы идут, меняются лица, города, концертные залы, но мои слушатели — искренние, открытые, добрые, жизнерадостные и прекрасные люди.
Полный текст материала читайте в “РВ” за 07.11.2025.
Komentāri