Факты
Балвский край — важный центр Северной Латгалии, который был создан в 2021 году в результате реформы. В состав края входят 19 волостей, города Балви и Виляка.
С началом второй оккупации Абрене вместе с шестью близлежащими волостями были отделены от Латвии.
Численность населения — 18 797 (по данным Управления по делам гражданства и миграции (УДГМ) на 1 июля 2024 года); в Балви — 5984; в Виляке — 1215.
На территории Балвского края зарегистрированы 193 негосударственные организации, в том числе пять общественно полезных организаций (источник: исследование «Providus» за 2023 год).
Самые популярные сферы предпринимательской деятельности: смешанное сельское хозяйство, розничная торговля; выращивание зерновых, бобовых и масличных культур; лесоразработка.
Протяженность латвийско-российской границы — 283,6 км. Балвский край на востоке граничит с Палкинским и Пыталовским районами Псковской области Российской Федерации. Вилякское управление Государственной пограничной охраны охраняет границу протяженностью 140,728 км с Российской Федерацией.
Соучастие населения в выборах в самоуправления в 2021 году — 41%, в целом по Латвии — 34% (по данным ЦИК).
18 ноября 1918 года была провозглашена Латвийская Республика, однако борьба за независимость государства еще только начиналась. 1 декабря 1918 года части Красной армии Советской России вторглись на территорию Латвии. Мужчины из окрестностей Балви начали создавать партизанские отряды.
5 июля 1919 года по приказу главнокомандующего Восточного фронта № 869 Балвскому партизанскому отряду было присвоено звание Латгальского партизанского полка, и его командиром был назначен старший лейтенант Янис Виндедзис. Более 50 бойцов полка были награждены Военным орденом Лачплесиса.
Даже после Второй мировой войны жители Балви не могли смириться с режимом оккупации. В результате сформировалось мощное движение сопротивления. Стомпакский лагерь территориально и количественно был крупнейшим в Латвии. Он начал формироваться в начале 1945 года.
До марта 1945 года в лагере проживало 350 — 360 человек. 2 марта 1945 года на Стомпакский лагерь напали чекисты и местные «истребители» (всего — 483 солдата), но в ночь на 3 марта национальным партизанам удалось выйти из окружения.
16 июня 2021 года Сейм решил объявить 2 марта Днем памяти вооруженного сопротивления национальных партизан, отметив в аннотации законопроекта, что в этот день в 1945 году на Стомпакском болоте Вилякского (бывшего Абренского) уезда прошла крупнейшая битва за всю историю повстанческого движения Латвии.
ЭКСПРЕСС-ИНТЕРВЬЮ
ВСЯ НАША МАЛЕНЬКАЯ ЛАТВИЯ — ОДНО СПЛОШНОЕ ПРИГРАНИЧЬЕ
Алдис ПУШПУРС, бывший работник самоуправления и общественный деятель, исполнитель духовных песен, исследователь местной истории, хозяин Музея Эглявского лесного хозяйства.
— Чувствуют ли люди, живущие в приграничье, себя в безопасности? И существует ли вообще для них такое понятие, как безопасность?
— Буду откровенным и скажу прямо: этот вопрос неправильный по своей сути. Безопасность и приграничье были тесно связаны между собой раньше, когда войны велись посредством совершенно других технологий и приемов. Нашу маленькую Латвию можно назвать одним сплошным приграничьем. На вопрос, как чувствуют себя здесь люди, ответить сложно — я не проводил никаких опросов в этой сфере, но из личного опыта (и из опыта своего окружения) знаю, что в безопасности насчет возможного нападения со стороны соседней стороны никто не может быть уверен. Конечно, до начала войны на Украине мысль о том, что в наше время здесь, в Европе, может произойти нечто подобное, казалась нереальной. Я смотрю много разных материалов на «Ютубе», но и там, в основном, только хаос и пустая болтовня.
— Что следовало бы сделать во имя безопасности Латгалии, чтобы местные люди могли жить спокойно?
— Мне очень не нравятся все эти склоки и попытки отделить Латгалию от Латвии в целом. Стоит понимать, что только вместе, общими силами наше государство может рассчитывать на более-менее стабильное будущее. А все эти «разборки» по поводу латгальского языка и смены надписей только подрывают общие силы страны. К сожалению, я никаких надежд уже не лелею. Неспособность руководства страны разумно управлять происходящим в ней уже становится смешной. Не буду упоминать об известных всем коллизиях относительно крупных проектов, но сколько теряют малые проекты и самоуправления, на которых вечно не хватает денег? В свое время Эдгар Лиепиньш сказал: «Мелких воришек сажают в тюрьму, а большие — строят себе виллы». А в наше время уже и мелких воришек не сажают. Самое большое зло нашему государству причиняет неспособность правящих не пустыми словами, а реальными поступками вселить народу надежду, что страной управляют разумно, честно, и мы можем смело смотреть в будущее. На данный момент это и есть наша самая большая угроза. Люди в большей степени запуганы вседозволенностью и безнаказанностью гегемонов. Вот вам реальный пример: один мой знакомый пострадал от несправедливости со стороны людей, приближенных к власти, и когда я призвал его бороться за правду, он мне ответил: «Нет, сожгут!». Вот до чего мы дошли…
— Что является источником силы для жителей приграничья?
— Источника силы уже не осталось. У нас одна надежда — дожить свой век так, как есть. В 80-е годы источником силы была надежда на восстановление независимости Латвии — о такой, свободной, Латвии нам рассказывали родители, бабушки и дедушки. Но оказалось, что мы пошли по пути коррупции, блата и прочего зла. Не так давно по Латвийскому радио я услышал мнение одного нашего соотечественника из США, которое он высказал в начале девяностых — он сказал, что с Латвией, возможно, что-то и получится, если не начнут воровать… Сейчас же человек со своим личным мнением выставляется в роли последнего дурака, который не следит за прогрессом и развитием. Знаете, даже говорить об этом не хочется. Оптимизма — мало. Хоть какую-то радость приносят те, кто живет на селе, трудится в собственных хозяйствах и сам кормит свою семью, тем самым укрепляя государство в целом.
КТО-ТО ДОЛЖЕН ВЗЯТЬ НА СЕБЯ ИНИЦИАТИВУ
Анна АЗЕ, лесовод, хозяйка Музея леса, автор книг, в том числе тетради воспоминаний «Jānis Pilmanis. Brīvības cīņu dalībnieks — stiprinieks» («Янис Пилманис. Участник боев за освобождение — сильный человек») об участнике Латгальского партизанского полка.
— Чувствуете ли вы себя в безопасности здесь, в приграничье?
— Да, чувствую. Особенно когда хотя бы издалека вижу пограничников, слышу или вижу наши пограничные вертолеты.
— Что является источником силы для местных людей?
— Природа: леса, животные, текущая вода, ясное небо. Сила, выносливость и трудолюбие, унаследованное от предков, любовь к своей земле и уважение по отношению к местным героям. Недаром говорят: «Дома и стены помогают».
— Что нужно сделать, чтобы повысить активность населения?
— Кто-то должен взять на себя инициативу — людей нужно мотивировать. Самая благодарная категория населения — дети, школьники и сениоры. Если я что-то организовываю, люди участвуют, слушают…
— В свое время вы говорили, что дети и молодежь проявляют все больший интерес к Музею леса и природе в целом. А как сейчас с этим обстоят дела?
— Интерес к природе по-прежнему растет. Недавно в Музее леса гостили дети из Берзкалне — очень любознательные. Я этому очень рада. А вот сениоры из Тилжи и Вецтилжи активно интересовались животными и птицами.
— А как рижские господа относятся к Латгалии?
— Все зависит от конкретных господ. Одно дело — принять законы на бумаге, а совсем другое — применять их на деле. Бывали всякие, даже курьезные, ситуации. Во времена довоенной Латвии приграничье было очень развито. Здесь строили большие школы, волостные управления, проводились памятные мероприятия, дни чистоты, леса и т.д. И если кто-то проникал на территорию Латвии, здесь было много глаз и ушей — местные жители сразу все замечали и сообщали об этом пограничникам, полиции. А сейчас рижским господам кажется, что мы, живущие в приграничье, впустую тратим государственные деньги, поскольку здесь невыгодно содержать школы, дома культуры, проводить латвийское телевидение…
НАШ ИСТОЧНИК СИЛЫ — ЗЕМЛЯ И ЯЗЫК
Алдис БУКШ, автор криминальных романов «Parādu piedzinзji» и «Brāļi/Bruoli», а также соавтор сценария полнометражного фильма «Maiņa», обладатель приза «Бонюкс-2020», бывший депутат Балвской краевой думы.
— Насколько безопасно вы себя ощущаете, живя в приграничье?
— С одной стороны, мне кажется, люди в приграничье как-то естественным образом научились жить, не задумываясь о том, что происходит по ту сторону границы. Есть просто линия, и за ней — другая страна. С другой стороны, конечно, события последних лет, агрессивное поведение и риторика России подрывают чувство безопасности. Это именно то, чего Кремль и хочет добиться — посеять страх, панику, отчаяние; сделать так, чтобы люди утратили чувство безопасности и веру в свою страну. Именно поэтому мы видим организованные попытки «беженцев» пересечь территорию Латвии, падающие дроны и т.д. И это еще не конец — поверьте! Агрессор будет продолжать провоцировать, сеять страх, распространять лживую информацию, разжигать конфликты среди нас, пытаться нас подкупить и каким-то образом повлиять на наших политиков. Это часть их методов, чтобы подчинить нас себе и уничтожить. Мы должны это осознавать и действовать соответствующим образом, заботясь как о физической безопасности нашего государства и границы, так и о наших внутренних убеждениях. Пример Финляндии доказывает, что это возможно. Их не намного больше, чем нас, латышей, но там — одна из самых мощных и современных армий и систем обороны во всей Европе.
— Что нужно сделать, чтобы люди в Латгалии чувствовали себя в безопасности?
— Во-первых, необходимо вложиться в развитие оборонительных возможностей на пограничье, что включает в себя и сооружение соответствующей инфраструктуры, и привлечение дополнительных воинских подразделений, и размещение оружия по всей Латгалии. Во-вторых, необходимо продолжать вести разъяснительную работу среди населения — рассказывать о возможностях нашей страны, а также о том, что наш сосед не такой уж и сильный, как пытается это демонстрировать. В-третьих, необходимо добиться того, чтобы Евросоюз действительно вкладывал большие деньги в развитие приграничной инфраструктуры, что является одним из условий для того, чтобы здесь можно было жить и развиваться. Это задача и государства, и самоуправления. Необходимо быть уверенными в том, что если нападение действительно произойдет, оно будет предотвращено или хотя бы приостановлено у самой границы, чтобы у нас было время эвакуировать женщин, детей и привлечь дополнительные силы. Пример Украины показывает, что это возможно. Это положительно повлияло бы как на чувство безопасности, так и на экономику. Об этом я говорю уже несколько лет подряд. Первый призыв разместить постоянный отряд вооруженных сил в балвском крае я отправил тогдашнему министру обороны Пабриксу еще в конце 2021 года — еще до нападения России на Украину. С тех пор я неоднократно обращался и к Министерству обороны, и к руководству Государственной пограничной охраны, предлагая разные варианты, как реализовать эту инициативу. К сожалению, ответа я пока так и не получил. Радует, что удалось добиться хотя бы того, чтобы в бывшей Тилжской школе-интернате разместили отряд, который строит забор на границе. Надеюсь, что таким образом НВС привыкнут к этому месту и захотят использовать его и в дальнейшем. Во-вторых, нам самим нужно осознавать, что безопасность нашего государства и нас самих — в наших собственных руках, когда мы выбираем правителей государства и самоуправлений — тех, кто действительно заинтересован в вопросах обороны и доказывает это на деле. Например, сколько из представителей краевого самоуправления служат в Земессардзе? Сколько школ в последние годы участвовали в мероприятиях памяти национального партизанского движения или других патриотических мероприятиях? В завершение хочу сказать: сейчас украинцы сражаются и за нас в том числе — за Латвию, и мы, в свою очередь, должны им помогать в этом.
— В чем источник силы наших людей — жителей приграничья?
— Осознание того, что это — наш язык и наша земля, где живут уже многие наши поколения. И ничего из того, что происходит сейчас, не является чем-то новым. Вот уже более тысячи лет мы живем здесь, в приграничье, и все-таки сумели все это сохранить. Так будет и впредь.
Предпринимательство в приграничье
НЕ БОЯТСЯ МЕНЯТЬ ПРАВИЛА ИГРЫ
Совсем недалеко от границы с Россией, в Шкилбенской волости Балвского края уже 32 года существует, работает и развивается крестьянское хозяйство «Kotiņi». Хозяйство и его продукцию знают практически во всех близлежащих и даже отдаленных окрестностях. И вполне заслуженно. Работа здесь не прекращается даже в октябре. Сюда приезжают туристы, реклама хозяйства есть в Интернете — жизнь кипит! Правда, владелец хозяйства Алдис Лочмелис сейчас отправился в отпуск, чтобы разобраться в своих мыслях и через какое-то время начать работать и жить по-другому. «Но в то же время ничто не остановилось. Команда держит руку на пульсе и продолжает трудиться», — говорит Роланд КЕЙШ, правая рука владельца хозяйства «Kotiņi» и координатор проекта.
— Сельское хозяйство — непредсказуемая отрасль, и это подтвердит любой, кто пытался что-то выращивать и продавать. Этот факт подтверждает и опубликованное в «Facebook»-аккаунте сообщение о том, что в вашем хозяйстве произошел беспрецедентный случай — 25 сентября уже молотили гречку.
— Сельское хозяйство действительно непредсказуемо, и всем понятно, что мы зависим от погоды. Этот год действительно необычный, потому что молотить мы начали уже в середине августа — очень рано. Но если говорить о гречихе, то мы испытываем новую технологию, которая, как оказалось, действует весьма успешно. У нас появилась новая косилка, с помощью которой гречишная масса обмолачивается и укладывается в валок. Он постоит, и тогда может ехать комбайн. Дождей в этом году мало, погода вполне благоприятствует крестьянам. Похоже, урожай тоже может быть примерно на 20—25 % лучше, чем в прошлом. Прошлый год был очень плохим.
— За 32 года с момента основания «Kotiņi», когда у вас было 14 гектаров земли, хозяйство разрослось до 5500 гектаров. Это благодаря ресурсам и инвестициям ЕС?
— Инвестиции в хозяйство делались всегда — владелец не покупал недвижимость за границей. Все заработанные деньги здесь же и остаются. Да, в годовых отчетах фигурирует какая-то прибыль, но на самом деле эти деньги вкладываются в новые технологии, строительство или в то, чтобы привести собственность в порядок. Если говорить о сельском хозяйстве, то деньги европейских фондов для «Kotiņi» всегда были на таком уровне, что мы не можем взять больше — мы уже получили максимум из того, что есть. Другое дело — переработка кормов и пищевых продуктов, где еще есть чему поучиться.
— В Латгалии не самые благоприятные условия для земледелия — вегетационный период наступает на 21 день позже, чем в Курземе, порт находится на большом расстоянии, а рынок ориентирован только на Европу. Означает ли это, что ваши возможности тоже вдвое меньше?
— Вызовов больше, но есть и возможности, и мы ими пользуемся. Мы основали новый кооператив и приобрели сушилку для семян трав. У нас играет роль и дальнее расстояние, и климатические условия. Да и средний показатель плодородия почвы у нас составляет 33—34 балла (в Курземе — 65—80), и все это заставляет нас думать и делать по-другому. Мы не можем выращивать рапс, потому что он не зимует из-за климата, пшеница тоже плохо растет. После наводнений 2017 года большого урожая не бывает, погода представляет большие риски. Чтобы что-то вырастить, нужно внести довольно много средств защиты растений, минеральных удобрений. В 2017 году мы это сделали, и все затонуло — хозяйство понесло большие потери. Поэтому мы меняем свое мышление и многое перерабатываем, стараемся выращивать культуры, которые подходят для наших климатических условий и не требуют столь больших инвестиций, с ними меньше риски.
— Если говорить о государственной поддержке, то в «Kotiņi» побывали практически все президенты, министры и высокопоставленные чиновники. Вас услышали?
— Никогда не знаешь, в какой момент и в каком кабинете что говорят, услышали вас или нет. Что касается местной политики, то мы в Латвии очень маленькие, да и сама Латвия маленькая. При этом существует множество сельскохозяйственных обществ, каждое из которых тянет одеяло в свою сторону. Курземе и Земгале не волнуют проблемы Латгалии — они и не знают, какие у нас здесь проблемы. У нас то же самое — Латгалию не волнует, что в Лиепае с моря приходят тюлени, и мы не можем за кого-то решать, отстреливать их или нет. И это самое большое горе. Что же касается больших расстояний до порта, то мы с обществом «Латгальское объединение производящих крестьян» давно договорились о реализации механизмов компенсации. Думали, что можно получить 30 евро за гектар, но потом лобби (те, кто не хочет, чтобы в Латгалию приходили деньги) сказали: давайте сделаем так, чтобы они получали хоть что-то — 10 евро. Но за 10 евро в Ригу не съездишь. Организаций много, и, к сожалению, они достаточно влиятельны. Ты можешь идти, бежать, что-то делать и думать, но если перед тобой политически влиятельные лица, сложно что-то изменить.
— Все знают поговорку: поспешишь — людей насмешишь. Наконец-то создан кооператив и в этом году открыт комплекс по переработке семян трав и промежуточных культур…
— Мы приступили к работе и сейчас достаточно жестко меняем правила игры в пользу крестьян. Почвы у нас бедные. Как я уже говорил, вырастить пшеницу без больших вложений невозможно, но есть возможность выращивать травы, песчаный овес, вику. Высушить траву без подходящей сушилки невозможно, именно для этого она и понадобилась. В настоящее время европейский зеленый курс требует совмещения культур, скашивания и озеленения канав, а также засева дорог. Для этого необходимы семена, которые сейчас на 90—95% импортируются. Теперь все это возможно. У хозяйства «Kotiтi» уже 500—700 га лугопастбищных угодий, еще некоторые члены кооператива засевают пастбища.
— Дальше вам просто нужно развиваться?
— Да, подавать пример и идти вперед. У нас много мелких хозяйств, которые имеют от 10 до 50 га земли. Эти люди работают на государственной работе — в самоуправлениях, на границе или в школе. После работы они приходят домой и продолжают работать в своем хозяйстве. Но математика проста — если у тебя нет 250 га земли, ты практически ничего не можешь заработать в сельском хозяйстве. Когда мы выращиваем траву, у нас есть договоры, где указано, что семена клевера стоят, например, 2,50—2,90 евро за килограмм. Значит, тонна стоит 2,5 тысячи. Есть разница, что выращивать! Теперь у нас есть сушилка, поэтому наша задача — на своем примере показать, что мы можем выращивать и сушить. Это возможность для крестьян, в том числе мелких, заработать.
— Латгалия считается экономически отсталым регионом, но ваше хозяйство продолжает расти и развиваться. В чем ключ к успеху?
— Это переработка и инновации. Если бы мы продолжали сеять рапс, который не зимует (и поэтому страховщики грозят пальцем и говорят, что не будут больше страховать, потому что рапс не зимует), ничего бы не было. Математика проста, поэтому нужно меняться и идти в ногу со временем. Это не дает нам расслабляться.
— В вашем хозяйстве есть даже имиджмейкер предприятия…
— Туризм — это хороший потенциал на будущее. В прошлом году «Kotiņi» посетило около пяти тысяч туристов, и все они приезжали к нам специально. Это не автострада, на которой они остановились, проезжая мимо. И, слава Богу, люди вокруг уже тоже развиваются. В Упите есть фольклорный коллектив, квест, напротив Рековской мельницы продают овощи, есть шмаковка, в следующем году будет «Ролс Олс». Без рекламы в «TikTok» и «Facebook» эти пять тысяч туристов к нам бы не приехали. Имиджмейкера Эдгара-Айвара мы привлекли в самый подходящий момент.
— В чем источник силы людей, живущих в приграничье, и насколько безопасно здесь можно себя чувствовать?
— Мы утешаем себя — если что-то начнется, дроны или ракеты попытаются долететь до Риги, мы им здесь не нужны. Наша реальная угроза — это танки и масса оккупантов. Конечно, после начала войны на Украине мы волновались, и казалось, что это все здесь, рядом. Но теперь мы с этим немного свыклись. Если говорить об источнике силы людей в приграничье, то это страшный (
авт. — сильный, с латгальского
) патриотизм. Я сужу об этом по себе. Мне нравится мой отцовский двор, здесь все мое. После школы я некоторое время жил в Англии и понял, что это не для меня. Мы любим свою землю, свою Латвию. Но плохо не только у нас — вы проедьтесь по приграничью! Везде примерно одинаково, я не знаю, почему всегда больше внимания уделяется именно Латгалии.
— «Kotiņi» — яркий пример поговорки: если не будешь сидеть, сложив руки, то у тебя все будет…
— Одна из главных ценностей — человечность Алдиса. У него есть одно важное качество — он заботится об окружающей среде, о людях. И не на словах. В волости его очень любят, потому что ему не все равно. У Алдиса очень далеко идущее видение как в бизнесе, так и в общем развитии. Его волнует, как далеко я продвинусь со своей компанией «Ролс Олс», Алдис старается помочь, чем может. Он не может проезжать мимо Рекавы и видеть, как рушатся дома и все плохо. Алдис хочет жить в ухоженной среде и имеет далеко идущие планы. Я увидел в нем это качество и стараюсь развивать его и в себе. Я верю, что сотрудники тоже видят, что Алдис хороший человек, и что ему действительно не все равно. Вот так от одного корня наша яблоня растет все больше и больше. Акцент ставится на слове «человечность», которое в наши дни встречается редко. Когда имиджмейкер Эдгар-Айварс впервые приехал в «Kotiņi», Алдис вместе с ребятами в старой пилораме в рабочей одежде сортировал металл. Эдгар представлял, что приедет и встретит высокомерного хозяина. Но когда он увидел это зрелище на пилораме, он был очень удивлен. И Алдис, и его супруга Вия — оба обладают человечностью. Оба родом из простых семей, и своей работой они показывают пример того, что им не присуще то, что многие называют болезнью звезд бизнеса.
Komentāri