Кто, например, поможет 80-летней старушке, которую терроризирует (бьет, толкает, отбирает у нее пенсию) собственный сын-пьяница? Вызывать полицию? А что будет потом, в следующий, последующий раз? Вроде бы и принят закон, позволяющий государственной инстанции запретить тирану приближаться к месту жительства жертвы на столько-то метров. Только как в этом случае старушке удержать сына-хама на расстоянии? При «плохом» советском строе пьяниц забирали, лечили, а главное – хотя бы на время избавляли родственников от террора пьяницы-отца или пьяницы-сына… Что делать родственникам сегодня? Вот в редакции опять раздается звонок: «Он только что ушел – наверное, за бутылкой. Придет, снова бить будет…» Проблема? Да, проблема, и большая. Но главное, что никто в нашей стране не пытается ее решать. Беженцев, вишь, обеспечат весьма комфортабельным жильем, каждый из них будет получать по 32 евро в день. А создать своим старикам более-менее терпимые условия для жизни не может ни государство, ни самоуправление. Еще один пример из жизни. Женщина в таких годах, когда самой уже трудно себя обслуживать, хотела бы пойти в пансионат, но пенсии маловато – еще столько же пришлось бы доплачивать родственникам. В данном случае – единственной родственнице — внучке, которая сама еле сводит концы с концами. В некоторых городах эту разницу доплачивает самоуправление. К сожалению, Резекне — не в их числе. Отношение Резекненского самоуправления к пожилым людям (и не только к ним) – отдельная, большая и больная тема. С точки зрения действующих законов и правил Кабинета министров, возможно, все выглядит более или менее сносно. А с человеческой… В минувшее воскресенье на Анчупанском кладбище был день поминовения усопших. Добраться туда на единственном автобусе, который курсирует в Макаровку, невозможно. Делегация пенсионеров заблаговременно отправилась на прием к депутатам с просьбой: выделите, пожалуйста, дополнительный автобус. Разве это невыполнимо? Они требуют слишком много? Оказывается – да. Автобусы, мол, необходимы для выполнения дополнительных рейсов на картодром, где будет проходить краевое мероприятие… Жаль, что господин Барташевич в отпуске, жаль, что господин Решетников не видел, как старики, опираясь на трости или костыли, шли в тот день в Анчупаны. Усталые, они искали место, где можно присесть, но здесь нет ни одной скамейки — даже на автобусных остановках. Реблис оборудовал и подарил городу прекрасное место для отдыха в Анчупанах. А городская дума не может по-человечески обустроить даже автобусные остановки на окраинах города… Если говорить об остановках, то они и в городе не делают чести хозяевам. Рано утром, когда я еду на работу, несколько пожилых женщин на остановке на улице Блауманя обычно ждут автобуса: одни – на огород, другие – в поликлинику. На этих стандартных металлических остановках – одна стандартная скамейка на три места. Не раз видела, как женщина почтенных лет с тросточкой сидит на бордюре тротуара, потому что стоять ей трудно… Да разве это единственная в городе остановка с тремя сидячими местами? Разве нужны миллионы, чтобы изготовить и установить на всех остановках дополнительные скамейки? Депутатам, которые избраны голосами, в основном, пожилых горожан, следовало бы серьезно об этом задуматься: в Резекне, к сожалению, преобладает старшее поколение. Как удержать здесь молодежь, не знает ни правительство, ни местная власть. Излюбленный нынешним мэром слоган «Резекне развивается» вызывает у многих грустную улыбку: да уж, развивается… Еще одно производство – «Ханзас майзница», где работало несколько десятков человек, закрыто. «Поеду за границу, здесь нет никаких шансов», — смахнув слезу, говорит одна из новоиспеченных безработных. Ее сестра уже работает в Англии, родила там двоих детей. Скоро в Англии будет своя Латгалия, а здесь отремонтированные за большие деньги школы и спортзалы будут пустовать… Впрочем, новостроек, которые в Резекне запланированы или уже строятся, хватило бы не только на Латгалию, но и на всю Латвию. В Олимпийский центр, который создается на северо-восточной окраине города, уже вложен миллион. Минувшей весной Сейм, распределяя «лишние» деньги, выделил этой стройке еще 700 тысяч евро. А недавно депутаты думы решили взять для завершения Олимпийского центра еще один большой (исчисляемый в миллионах) кредит… Может, какой-нибудь еврик останется и для установки скамеек на остановках в Макаровке или на улице Лермонтова? … На днях один наш читатель, позвонив по телефону, упрекнул меня в том, что газета уделяет слишком много внимания делам и делишкам городской думы. Ведь Резекненская дума – не исключение. Разве мало недостатков в крае? Есть они — конечно, есть. И в волостях часто не хватает терпения и сочувствия для поддержки своих стариков. За озером Сватова, у самой границы с Краславским краем, есть деревня Яниши, где живет одна–единственная семья. Если в Сватове старушки еще могут скинуться по еврику, нанять дачника с машиной и поехать к врачу, то в Янишах остался один обжитой дом с двумя стариками: ни у них своей автомашины, ни рейсового автобуса… И таких одиноких в волостях немало. Разве волостному управлению, краевой думе давно не следовало подумать о том, как помочь жителям отдаленных деревень добраться к врачу? Хотя бы два раза в год. Или в волостное управление… Но так уж повелось – сытый голодного не разумеет. Тот, у кого своя (или служебная) машина, чаще всего не думает о тех, у кого единственное транспортное средство – собственные ноги… Хотя… хорошие примеры все-таки есть. Знаю сельских должностных лиц, которые стариков и к врачу отвезут, и из больницы привезут. А в целом… Государственная власть милосердна лишь там, где у нее нет других возможностей существовать: будешь высокомерным, непорядочным – за тебя не проголосуют. А мы, жители Латвии, наивны и доверчивы: достаточно высокопоставленному хлысту появиться на празднике в национальном костюме и сказать красивые слова, и за него и в следующий раз обязательно проголосуют… Кстати, и президента, и волостного начальника избирать нам не позволено. Слишком мы грязные, что ли.
Мара НИЗИНСКАЯ
Komentāri