Дата рождения Ивана Никифоровича является своего рода загадкой. Так, в различных источниках можно встретить 1894 год, 3 и 5 января или 22 ноября 1898 года, 4 (17) декабря 1897 г. В лично написанном прошении 1950-х годов он указывает 22 декабря 1897 года. На фотографии 1912 года с изображением его, деда и отца с матерью имеется запись:
«..родился 26 ноября 1897 года в 11 часов вечера в г. Режице
(точнее — Слободе Режице —
В.Н.
) на Вокзальной улице в доме Андрея Порфирьевича Гусева.» Скорее всего, она соответствует истине. Иван Никифорович не придавал дню рождения значения и праздновал всегда день Ангела 4 (17) декабря. Прадед Дементий имел четырех сыновей и дочь. Дед Максим Дементьевич занимался строительными подрядами, в 1897 году был десятником у подрядчика железных дорог. Рассказывают, что многие рижские улицы были замощены им тесаным камнем. Отец, режицкий мещанин Никифор Максимович Заволоко, в 1897 году был приказчиком у подрядчика каменных работ, позже трудился простым железнодорожным сторожем. Мать, Киликия Ивановна — полоцкая мещанка, урожденная Зуева, родом из Риги. По воспоминаниям современников, отец, хотя и был из ортодоксальной федосеевской семьи, был человеком достаточно беспутным, любил выпить и доставлял впоследствии Ивану Никифоровичу немало переживаний. Мать ортодоксальностью не отличалась и была скорей женщиной светских нравов. В результате неудачного брачного сожительства родителей детские годы И. Заволоко прошли в Двинске (Даугавпилс), где до 8-летнего возраста он воспитывался у бабушки по отцовской линии, обучившей его церковно-славянской грамоте. Дальнейшее духовное образование Иван Никифорович продолжил (после переезда с матерью в Ригу) в училище при Рижской Гребенщиковской общине. В отличие от многих деятелей староверия Иван Никифорович получил хорошее светское образование. В 1908 году он поступает в Рижское реальное училище Петра I, которое успешно заканчивает в Таганроге в 1917 году, куда училище эвакуировали в годы Первой мировой войны. Планируя стать аграрником, для дальнейшего обучения выбирает Рижский политехнический институт (сентябрь 1917 – апрель 1918 гг.), Петрово-Разумовскую сельскохозяйственную академию в Москве (1918 – 1919 гг.). Будучи в Москве, И.Заволоко умудрился поработать в советских органах. А было это делом случая: встретил в Москве одного из знакомых рижских латышей, а тот уже заведовал отделом наркомата сельского хозяйства, он и предложил стать заместителем. Иван Никифорович вспоминал, что приходилось подписывать разные бумаги по распределению финансов, вначале это были тысячи рублей, затем десятки тысяч. Когда счет пошел на сотни, решил, что пора уходить… Не отпускали, тогда он поехал в Ригу в командировку, там и остался. Этот эпизод биографии вскоре дал о себе знать: во время немецкой оккупации в 1919 году в Риге, по подозрению в принадлежности к компартии и отсутствии регистрации как работавшего в советских органах, И.Заволоко был арестован и две недели провел в жандармском управлении. В 1922 году в Праге, по инициативе президента Чехославакии Томаша Г. Масарика,было положено начало «Русской акции». Президент благоволил к русской эмиграции и считал своим долгом оказать ей помощь. В Праге возникает Русский университет с юридическим и гуманитарным факультетами. Иван Никифорович в 1922 году принят на гуманитарный факультет. Однако, на следующий год переходит на русский юридический факультет, который и заканчивает со степенью кандидата права в 1927 году. Обучение в Праге сыграло большую роль в становлении светской составляющей мировоззрения И.Н. Заволоко. Это было время, когда там был сосредоточен цвет русской академической интеллигенции-правоведы, историки, философы, религиозные деятели. Чего только стоило активное участие Заволоко в деятельности Семинара памяти Н.П.Кондакова… Случилось даже поучаствовать в спектаклях приезжавшего на гастроли в Прагу МХАТа. Когда для массовок К. Станиславский набирал статистов из русских студентов. Иван Никифорович участвовал в спектакле «На дне». Приходилось встречаться и видеть игру таких именитых актеров, как И. Москвин,О. Книппер-Чехова, В. Немирович-Данченко,К. Станиславский. Эти встречи породили любовь к театру и, впоследствии, наблюдая по ТВ спектакли, он делал весьма глубокие оценки по игре актеров, декорациям. По возвращении в Ригу И. Н. Заволоко заканчивает Рижские русские педагогические курсы, и с 1930 по 1940 год преподает в Рижской государственной гимназии и 5-й основной школе, при этом ведя активную деятельность на ниве староверия – товарищ председателя Старообрядческого общества Латвии, член совета Рижской Гребенщиковской общины, преподаватель и руководитель различных религиозно-просветительских курсов в Риге, Вильнюсе, Даугавпилсе и т.д. Революционная мерзость прошла и по старообрядческим головам. Стал стремительно падать интерес к религиозной жизни. Для пробуждения религиозно-нравственного и национального самосознания, любви к отеческой культуре и традициям в 1927 году И.Заволоко становится основным организатором при Гребенщиковской общине Кружка ревнителей русской старины. Кружок вел активную просветительскую и исследовательскую деятельность: устраивались религиозные собеседования, хоровые вечера, доклады, проводились выставки. В 1929 году членами кружка был создан Музей русского бытового искусства. Подобные кружки и их отделения появились в Литве, Эстонии и ряде населенных мест Латвии. Участники кружков провели большую экспедиционную работу по обследованию староверческих поселений Латгалии, Причудья, были поездки в Закарпатье, Восточную Пруссию (дер. Войново) и т.д. По результатам экспедиции в 1929 году издан «Альбом старинных русских узоров».В течение 1927 – 1933 годов под редакцией И. Н. Заволоко вышло 13 номеров журнала «Родная старина». Его перу также принадлежат 75 статей этого издания, подписанных различными псевдонимами. В 1920 – 1930 годы И. Н. Заволоко подготавливает целый ряд изданий – это брошюры «О старообрядцах г. Риги» (1933 г.), «Духовные стихи старинные», вып. 1 (1933 г.), «Духовные стихи» вып. 2 (1937 г.), «Святые отцы о праздновании Пасхи» (1935 г.), «Учебник по Закону Божию» (1932, 1936 гг.), «История Церкви Христовой» (1937 г.). В 1935 – 1939 годах он редактировал «Древлеправославный старообрядческий календарь» (изд. в Риге). Входил в редакции и публиковался во многих русских газетах и других переодических изданиях. Не был он в стороне и от общественной деятельности. В 1931 году по списку Блока православных и старообрядческих избирателей и общественных организаций баллотировался в 4-й Сейм Латвийской республики, однако неудачно. Во время одной из поездок по Латгалии произошли встречи с очень своеобразным человеком – Григорием Лупановичем Орловым, человеком всего лишь с 3-классным образованием, но авторитетнейшим федосеевским наставником (Речинский приход, Режицкий уезд) и книжным знатоком. В сознании Ивана Никифоровича произошел окончательный перелом и определился дальнейший жизненный путь, путь духовного служения. До этой встречи, вспоминал он, в молодости «был, как и все, даже еще больше». Немаловажную роль сыграло общение еще с одним из федосеевских авторитетов того времени — наставником и иконописцем, удивительным русским самородком Г.Е.Фроловым. Путь духовного совершенствования привел Заволоко в 1940 году к благословению на наставничество. Латвийские власти достаточно настороженно относились к деятельности И.Н.Заволоко. В 1926 году он подал прошение на присвоение латвийского гражданства, дано же оно было только в 1930 году. До этого приходилось жить с так называемым нансеновским паспортом. Латвийское политуправление следило за каждым шагом и в 1932 году, по причине подозрения в принадлежности к одной из белоэмигрантских организаций, даже произвело безрезультатный обыск. При этом среди староверческих деятелей Латвии И. Н. Заволоко был одним из тех, кто с удовлетворением, особенно на первых порах, воспринял государственный переворот 1934 года. Однако, когда в связи с избранием в правление РГСО (1936 г.) потребовался письменный документ, подтверждающий политическую благонадежность, ему было отказано. В заявлении в Политуправление он сообщал, что с детства глубоко религиозен, не состоял и не работал в политических организациях. Является членом цензовой комиссии Министерства образования и Особого совещания при Управлении Духовных дел. При его участии разработан проект закона о старообрядческих общинах. Трудился только на религиозной ниве, и… заработал много врагов. На что старший надзиратель Политуправления Рижского района дал заключение, что гарантировать лояльность вряд ли можно, как старообрядца вообще, к тому же, он достаточно умен и в определенной степени скрытен. Правда, несмотря на такое отношение политической полиции, по предоставлению Управления Духовных дел, 29.09.1938 года Иван Никифорович был награжден одной из высших наград Латвийской республики — орденом «Крест Признания» V степени. 1.02.1940 г. И. Н. Заволоко благословлен наставником Режицкой (Резекненской) кладбищенской общины, утвержден Управлением Духовных дел 6 июля. Будучи в Резекне наставником очень короткий период, вспоминал его родственник Ф. У. Гудков, снискал большую любовь прихожан, активно участвовал в делах общины, лично посещал больных и немощных. Вторит ему и другой родственник — П. Шелковский: «Проповеди его были очень доходчивые, речь — эмоциональной. Народ повалил к нему и даже из Крутовской (вторая Режицкая Преображенская община менее строгих нравов —
В.Н.
)моленной». Но продолжалось это недолго. Как вспоминал Ф. У. Гудков, помогли рижские недруги, приложили руку и свои (Я. Клосс, М. Прилепишев). 8 октября 1940 года, во время богослужения, Иван Никифорович пошел отдохнуть в дом наставника, его долго не было, пошли за ним и оказалось, что он арестован. Арест осуществлял бывший причетник Резекненской моленной, а ныне сотрудник НКВД Маркел Прилепишев. Заставили взять документы и пишущую машинку, которую Маркел приказал И. Заволоко нести на себе. Впоследствии Иван Никифорович по этому поводу очень обижался. В Резекне продержали около 2-х недель… 30 декабря 1940 года появилось обвинительное заключение. Основными грехами И. Н. Заволоко перед советской властью были придуманное членство в белогвардейских организациях Латвии и Чехословакии, получение и распространение антисоветской литературы, поездки за границу и создание «Кружка ревнителей русской старины».
Продолжение следует
Владимир НИКОНОВ,
председатель совета Резекненской кладбищенской старообрядческой общины
Komentāri