В Латвийском университете с 1924 г. по 1941-й Р. Виппер читал курс новой истории и вёл семинар по истории Латвии. Он много сделал для её изучения. Ученик профессора, латышский историк М. Степерманис в статье, посвященной 80-летию Р.Виппера, отмечал, что «присущий учителю живой дух исследователя не позволял ему удовлетворяться только чтением лекций и ведением практических занятий, его живо интересовала история латышей». В подходе к ней Р. Виппер застал односторонние и ошибочные выводы местных немецких историков. Он досконально изучил документы и составил собственное представление о латышской истории. В ряде публикаций профессор рассмотрел происхождение в Латвии крепостного права и его последствия, которые по мнению ученого отрицательно сказались на сельском хозяйстве, освобождении крестьян. Данная оценка шла вразрез с прибалтийской немецкой теорией о якобы бесспорной пользе крепостного права для экономического прогресса и гражданских свобод крестьянского сословия. Возникшая полемика не поколебала позиции профессора, предъявившего оппонентам не одно убедительное доказательство. Знаниям Р.Виппера трудно было противостоять. Разнообразие научных интересов, их «география» представлены в книгах, вышедших еще до революции 1917 г. К примеру, таких: «Лекции по истории Греции» (1906), «Очерки истории Римской истории» (1908), «Очерки теории исторического познания» (1911), «Древний Восток и Эгейская культура» (1913). В бытность профессором Латвийского университета маститый ученый приложил немало усилий к постижению идейной сущности философии истории. В Риге увидели свет основательные труды: «История и современность» (1925), «Историческая роль интеллигенции» (1931), «Новые проблемы философии истории» (1936). Колоссальная работа проделана Р. Виппером в создании школьных учебников. Началом стал 1907 год, когда одна из типографий Москвы напечатала «Учебник новой истории» – объёмистый 500-страничный том. С рижским периодом жизни профессора связано появление нескольких учебных изданий. Был выпущен учебник «Русская история в основной школе» (1929). К нему добавились книги по всеобщей истории. Крупнейшая русская газета Латвии «Сегодня» писала: «Учебники замечательного ученого по всеобщей истории пользуются заслуженной популярностью не только, как прекрасное руководство для прохождения курса. В силу этого пользования учебник даёт учащемуся необходимые знания по предмету и в значительной степени удовлетворяет его любознательность и стремление к известной детализации предмета». В том же 1924 году вместе с Р.Ю.Виппером в Ригу прибыл его сын – Борис Робертович (1888-1967), также обладавший солидной эрудицией и опытом педагога. До переезда в Латвию, он с 1915 г. преподавал в Московском университете, защитил диссертацию «Проблемы развития натюрморта». В Латвийской академии художеств, куда он обратился относительно работы, получил должность специалиста по теории и истории искусств. На первых порах был внештатным, затем – старшим доцентом. С 1931 г. – профессором. К началу 30-х годов освоил латышский язык. Художник К.Нейлис вспоминал: «Однажды профессор присел около проекционного аппарата и стал читать лекцию на очень хорошем латышском языке. Речь лилась легко, без акцента. Каждое слово выговаривал, как большинство латышей. С этого дня количество слушателей на его лекциях удвоилось». Борис Виппер всесторонне и, несомненно, глубоко изучил латышское изобразительное искусство. Он, как и его отец Роберт Юрьевич, за сравнительно короткий срок внёс значительный, в чем-то неповторимый, вклад, послуживший подъему латышской исторической науки. В сборнике, посвященном 100-летию Б.Р.Виппера подчеркивалось, что его пример – «яркий образец принадлежности большой личности культуре двух народов». Статьи Бориса Робертовича по истории искусства регулярно печатались в латышской периодике. За монографию «Искусство Латвии в период барокко» ему была присуждена премия Культурного фонда. Ученый отверг так называемую «балтийскую теорию» немецких искусствоведов, приписывавших раннему периоду искусства Латвии колониальный характер. Б. Виппер выдвинул обоснованное возражение: нельзя считать верным и полноценным исследование, в котором не учтено культурное наследие коренных жителей-латышей. Научная деятельность историков – отца и сына Випперов продолжалась в Латвии около 17 лет. Весной 1941 г. оба вернулись в Москву. Самоотверженное служение науке проявили в суровые военные годы. На сессии академиков 1943 года Р.Ю.Виппер был избран действительным членом Академии наук СССР. Высокого звания позднее удостоился и Б.Р.Виппер. Снискав превосходную оценку своих трудов, содержащих анализ и обобщение проблем теории и истории искусства, он стал членом-корреспондентом тогдашней (1962 г.) Всесоюзной Академии художеств.
Василий БАРАНОВСКИЙ
Komentāri