— С чего все началось? Как создавался музей?
— Музей работает пять лет, а самой скульптурой я занимаюсь восемь лет. Восемь лет назад я сделал первую скульптуру из деталей от мопедов и мотоциклов, которые с детства окружали меня в гараже. В один момент я увидел, что этих деталей уже достаточно много и задумался, что же с ними делать. И пришел такой творческий ответ, что из них, как из пазлов, можно создавать скульптуры. В 2016 году сделал первую работу — быка. И по стечению обстоятельств организатор кукольного фестиваля в городе Прейли пригласил меня на этот фестиваль. Там я получил приз зрительских симпатий. Увидел, что людям это нравится, что это кого-то вдохновляет, и в тот момент понял, что хочу и могу создавать такие объекты, показывать их, делиться и обмениваться творческими эмоциями, то есть реализовывать разные артобъекты в виде таких скульптур, которые созданы из авто-мото деталей. Все эти скульптуры создаются из опыта жизни. Рассказываю в них о том, что мне нравится, что не нравится, отражаю какие-то переживания, события, наблюдения. Есть творцы, которые пишут музыку, снимают кино, рисуют и т.д., а я все свои прожитые эмоции, полученные в течение жизни, рассказываю и и реализую в скульптуре.
— Где вы этому учились?
— В моей жизни были два авторитета — отец и дед. Они для меня были и школа, и профессия. У отца была мастерская по ремонту битых машин и я, конечно, в ней рос. С шести лет, когда мне подарили первый мопед в разобранном виде, отец сразу начал приучать меня к труду — если чего-то хочешь, надо поработать. Помню, как я намывал, начищал этот мопед, как это собиралось, красилось — и вот у меня появился «миник» — естественно, не без помощи отца. Все время я крутился в этом гараже, где были мопеды и мотоциклы отца и деда. Закончил 9-й класс — и в летний период начал понемногу работать у отца в мастерской. Каникулы закончились, пошел в 10-й класс, но что-то мне было неинтересно в школе, результатов не видел. Когда работаешь, ты видишь результат, что-то создаешь своими руками, еще и денежку за это приносишь. Вот это меня впечатлило. Прихожу к отцу, говорю ему, что закончу вечернюю школу, а ты меня уже научи зарабатывать. И вот с 15 до 20 лет я обучался у отца. Когда мне было 20 лет, отец в этой мастерской у меня на руках умер. Я стал продолжать эту профессию, но сегодня этим уже не занимаюсь, потому что закончилась в автомалярной жизни какая-то романтика, изменилась экономика, нет интересных заказов. Сейчас только коррозия и отсутствие оплаты такого сложного труда. На сегодняшний день у нас туристический объект, мастер-классы для школьников, разных рабочих коллективов, различные мероприятия в галерее. Также заказывают скульптуры — и я высылаю за границу. Живем в творчестве.
— Вы один изготавливаете скульптуры?
— Есть у меня летом на каникулах студенты, которые просят что-то поделать. Даю им разобрать какие-то двигатели, отмывать, что-то переставить. Но постройка скульптуры — да, это только моя работа.
— Где берёте детали? Используете свои запасы?
— Свои, конечно. Но есть такая тенденция, что люди, которые следят за нами в соцсетях, которые неоднократно к нам приезжают, привозят разные детали. И друзья нам отдают. По сути я и не покупаю эти детали. Люди, которых я вдохновляю своим творчеством, всегда меня таким образом поддерживают. Кто-то детали привозит, кто-то — заказом, покупкой скульптуры поддерживает, кто-то организует коллективное посещение галереи. То есть чувствуется поддержка от населения, от общества. Мы вдохновлены, получаем обратную связь.
— Что люди заказывают? Какие были самые интересные заказы?
— Часто заказывают скульптуры в подарок. Я могу в скульптуростроении рассказать о личности человека. Например, друг мой заказывал подарок для человека, который придумывает и запускает в жизнь гениальные идеи, то есть генератор идей. Как это показать? Я сделал человеческую руку, которая держит арбалет. А в арбалете вместо стрелы — лампочка. Как загорается свет, так и зарождается идея.Для фирмы, которая делает ландшафтные дизайны, я сделал кофейный столик в виде экскаватора, со стульями. Делал шахматные столы из деталей Porsche, дизайнерские зеркала, журнальные столики.В основном заказывают те, кто посетили нашу галерею. Это надо увидеть, словами не описать и не рассказать.
— Каждая скульптура, наверно, очень трудоемкая работа?
— Да, это очень трудоемкий процесс. У меня есть опыт работы с кузовом автомобилей, со сваркой. Делать битые машины — это очень тяжелая профессия, которая требует ответственности, внимательности, ювелирности и брутальности одновременно. И вот именно эти качества я смог использовать в скульптуростроении. Чтобы работа была привлекательной, в брутальность одновременно надо добавлять эстетики, нежности, эластичности. Это мой опыт в автомалярном деле.
— Работа с металлом, наверное, и вредная бывает?
— Когда варишь, нужно использовать маску. Обгорает лицо, глаза. Пока варишь детали, которые были в краске, в масле дыхание портит дым. Конечно, все это вредно. Но когда создаешь шедевры, когда видишь, как это восхищает посетителей, они в восторге, понимаешь — это надо продолжать делать! Ну, а когда еще и находится человек, который готов за это отдать серьезные деньги, найти в своем пространстве место для моей скульптуры, жить с этой работой, «питаться» ею… Это круто! Это вдохновляет создавать еще. Музыка имеет свою вибрацию, может менять настроение. Точно так же нас может менять и скульптура. Она имеет визуальную вибрацию, какую-то энергию, взаимодействующую с человеком, который на нее смотрит.
— Экспозиции часто меняете и дополняете?
— Каждый год стараемся менять, освежить, добавлять, чтобы поклонники нашего творчества не теряли вдохновение, посещая нас вновь и вновь. В этом году у нас примерно 10 новых работ.
— Поток посетителей — не только из Латвии? Из-за границы едут?
— Нет, из-за границы у нас мощный поток был тогда, когда ехали из России, Беларуси, Украины. А теперь за сезон приедут пять литовских семей и две эстонские. Остальные — Латвия.
— У вас была галерея в Риге?
— Да, но год проработали и рижский объект закрыли. Я понял, что не хочу там жить, там нельзя развиваться и будущего там нет. В Риге не хотели посещать галерею за входной билет. Мне лучше в моем родном городе, где у меня любимая мастерская, галерея. В наших краях более чистые энергии нежели в Риге, где все загрязнено политикой, экономикой и войной. Почему в провинции гораздо больше людей начинают заниматься творчеством? Потому что нас, наверно, не отвлекает вся эта грязь и мы можем услышать себя, понять, чего же мы хотим. Вот у меня был ресурс — металлолом, и я из него начал строить свои замки, свою жизнь мечты. Строя эти скульптуры, я и создаю свою жизнь. Мне нравится находиться в своей мастерской, нравится принимать разных людей, которые приезжают на экскурсии, отмечают свадьбы, дни рождения, проводят фотосессии. Это счастье — заниматься тем, что нравится, и видеть, что это востребовано. Добавлю, что мы предлагаем школьникам учебную экскурсию в рамках программы «Школьная сумка».
Добро пожаловать к нам! Ведь как бы мы себя не рекламировали, все равно остается аудитория, которая до сих пор о нас не знает. Ждем новых, а также наших постоянных посетителей!
Илзе СОНДОРЕ
Фото из личного архива семьи Нестерюк
Komentāri